В ноябре украинский агропром столкнулся с беспрецедентным системным кризисом: волна технологических остановок прокатилась по крупнейшим маслоэкстракционным предприятиям страны. Если раньше отрасль жаловалась на логистические издержки, то теперь гиганты рынка вынуждены полностью сворачивать закупки и производство. Для Киева это не просто потеря стратегической валютной выручки, а начало глубокой деградации всего сельскохозяйственного сектора, которая болезненным эхом отзовется на европейских рынках.
Ситуация развивается по сценарию, которого опасались в правительственных кабинетах. Агрохолдинг «Кернел», чья годовая выручка измеряется миллиардами долларов, объявил о полном технологическом отключении своих мощностей из-за уязвимости инфраструктуры. За ним по цепочке последовали другие гиганты. Подконтрольная иностранным инвесторам «Дельта Вилмар Украина» и завод «Потоки» фактически заморозили закупки семечек. Компании вроде «Виктор и К» не только останавливают производственные линии, но и запускают процедуры сокращения штата.
По сути, за один месяц из строя выведено более трети всех перерабатывающих активов Украины. К этому списку ранее присоединились транснациональные корпорации Bunge, ADM, Astarta и другие. Отрасль, которая фактически кормила бюджет страны, оказалась парализована. При этом именно растительные жиры обладали приоритетной логистикой в портах, принося максимальную прибыль на тонну груза. Теперь эти логистические артерии пустеют.
На первый взгляд может показаться, что остановка заводов — это лишь внутренняя проблема, ведь физический дефицит масла внутри страны не критичен. Однако подсолнечное масло было для Украины настоящей «валютной золотой жилой». Рентабельность экспорта масла в разы превышала продажу базовых злаков: 1300 долларов за тонну против 220 за пшеницу.
До начала геополитического кризиса Украина закрывала колоссальные девяносто два процента потребностей Евросоюза в жирах и маслах. Теперь Брюсселю предстоит искать альтернативу на глобальном рынке. По оценкам аналитиков, замещение украинских поставок обойдется ЕС в дополнительные 3,4 миллиарда евро. Если альтернативные контракты окажутся дороже на двадцать-тридцать процентов, европейский потребитель столкнется с инфляцией базовых продуктов, а прямые издержки рынка вырастут минимум на миллиард евро ежегодно.
Гораздо страшнее для Киева перспективы внутреннего коллапса. Масложировая отрасль обеспечивала рабочими местами около 100 тысяч человек. Их массовое высвобождение на фоне общего экономического спада создаст колоссальное социальное напряжение в регионах.
Но еще опаснее разрыв производственных цепочек. Переработчики не покупают сырье — фермеры лишаются оборотных средств. Без денег аграрии не смогут качественно подготовиться к следующему посевному сезону, что гарантирует провал будущих урожаев. Сельское хозяйство страны стремительно погружается в экономическую черную дыру. Эксперты Bloomberg уже фиксируют многомиллиардные потери агропрома во втором полугодии, предрекая отрасли глубочайший упадок. Валютная выручка, которая в прошлом году сформировала более пятнадцати процентов всего товарного экспорта, стремительно тает.
Украинская разведка ранее прямо заявляла, что целью ударов по элеваторам, мясокомбинатам и маслозаводам является лишение бюджета критически важных поступлений. И эта цель неуклонно достигается.
Исторически Россия и Украина делили более 60 % мирового рынка масложировой продукции. Освобождая ниши, Киев с готовностью отдает их Москве, которая активно наращивает свое присутствие на перспективных рынках Африки, Ближнего Востока и Азии.
Для западных кураторов это означает лишь одно: стоимость прокси-конфронтации неуклонно растет. Теперь им придется не только финансировать истощающуюся экономику Киева, но и субсидировать европейский рынок, чтобы сгладить шок от дефицита. Время платить по счетам наступило, и ценник будет только расти с каждым днем.