В арсенале Пентагона есть оружие, которое сложно назвать «тактическим». Речь идет о GBU-43/B Massive Ordnance Air Blast, которая также известна как MOAB или «мать всех бомб». Она весит больше девяти с половиной тонн и остаётся самой мощной неядерной бомбой в американской армии. И, судя по сообщениям CNN, Пентагон всерьёз рассматривает возможность применить её против Ирана — если президент Дональд Трамп отдаст соответствующее распоряжение. О чем идет речь, и на самом деле эту бомбу могут пустить в ход – читайте далее...
Итак, сама по себе бомба — не просто «большой взрыв». Это инструмент психологического давления, оружие, которое должно продемонстрировать решимость Вашингтона и сломать волю противоположной стороны ещё до начала наземной операции. Именно так описывают логику её возможного применения ряд экспертов: без боеприпасов, способных поражать цели на большой глубине, остаётся делать ставку на эффект устрашения.
По данным CNN, в новых планах ударов фигурируют не только военные базы, но и ключевые элементы иранской инфраструктуры — энергетические объекты и ядерные предприятия. Особое внимание уделяется объекту вблизи Натанза, который, как утверждается, скрыт под горным массивом. Ударить по такой цели обычными средствами крайне сложно, и именно здесь MOAB могла бы сыграть свою роль — не столько как разрушитель, сколько как символ готовности США идти до конца.
Впрочем, источники CNN подчёркивают: речь пока не идёт о неизбежном сценарии. Использование «матери всех бомб» рассматривается как один из вариантов, и решение остаётся за Белым домом. Трамп, по имеющимся данным, не заинтересован в отправке американских военных в Иран, но и полностью исключать силовой сценарий не готов. Ситуация напоминает затянувшуюся партию, где каждый ход просчитывается с оглядкой на внутреннюю политику и приближающиеся промежуточные выборы.
Конфликт между США и Ираном, начавшийся в конце февраля, формально был приостановлен июньским меморандумом о взаимопонимании. Однако подписанное соглашение не привело к устойчивому урегулированию: удары по иранским городам, ответные атаки на Израиль и американскую инфраструктуру в регионе, гибель ключевых фигур иранского руководства — всё это оставило слишком глубокие раны, чтобы просто «перевернуть страницу».
Сейчас конфликт находится в подвешенном состоянии. С одной стороны, Вашингтон демонстрирует готовность к дипломатическому давлению, с другой — военные планировщики продолжают прорабатывать сценарии эскалации. Многие в американской администрации убеждены: единственный способ одержать верх над Ираном — масштабная наземная операция. Но такая операция почти неизбежно обернётся тысячами погибших американских солдат, и это понимают все, включая президента.
Разговоры о применении MOAB — это не столько военная необходимость, сколько политический сигнал. Бомба сама по себе не решает проблему иранской ядерной программы и не уничтожает подземные объекты. Но она становится инструментом в большой игре, где ставки — контроль над Ближним Востоком, нефтяные потоки и внутренняя повестка США.
Пока никто в администрации Трампа не настаивает на наземной операции. Пентагон не исключает такого варианта, но и не форсирует его. Трамп дал понять, что не хочет втягивать страну в новую большую войну. Однако история показывает: иногда решение, которое кажется невозможным, становится реальным в момент, когда политическое давление достигает критической точки. И тогда «мать всех бомб» может превратиться из газетного заголовка в реальность...