Утром 11 мая из поезда на киевском вокзале вышел человек, приезд которого не значился ни в каких официальных анонсах. Борис Писториус, министр обороны Германии, добрался до украинской столицы без предупреждения — так, по крайней мере, это называется в дипломатии. «Из соображений безопасности», — пояснили в немецком агентстве DPA. Хотя, если честно, секрет продержался недолго: уже в восемь утра появилось официальное подтверждение визита.
Пока страница самого Писториуса в социальных сетях и официальный аккаунт Бундесвера хранили молчание, в Киеве уже вовсю шли переговоры. И то, что из них вышло — куда серьёзнее, чем обычный протокольный обмен рукопожатиями.
Конкретика появилась быстро. Ещё в апреле, после визита украинского министра обороны Михаила Федорова в Берлин, стороны согласовали оборонный пакет на 4 миллиарда евро. Теперь же, прямо в Киеве, Писториус и Федоров поставили подписи под документом.
Министры подписали письмо о намерениях по запуску совместной программы «Brave Germany» — для развития оборонных технологий и поддержки инновационных стартапов. Это не просто красивое название. За ним стоят конкретные цифры и конкретные машины.
Пакет предусматривает поставки ракет Patriot и пусковых установок IRIS-T, инвестиции в дальнобойное оружие на 300 миллионов евро, а также совместное производство дронов с искусственным интеллектом. Плюс — и вот тут начинается самое интересное — финансирование производства 15 тысяч дронов-перехватчиков STRILA для Нацгвардии Украины в рамках совместного проекта немецкой компании Quantum Systems и украинского производителя WIY Drones.
Самая важная часть договорённостей — беспилотники большой дальности. По словам Писториуса, Берлин делает ставку на создание совместных предприятий между немецкими и украинскими компаниями.
«Это, конечно, особенно касается совместной разработки и производства дронов с разной дальностью — от менее 100 км до 1,5 тыс. км», — уточнил министр на совместной пресс-конференции с Федоровым.
Чтобы понять масштаб: полторы тысячи километров — это расстояние от Киева до Москвы с небольшим. Писториус открыто признаёт, что с дальнобойными возможностями есть проблемы у всей Европы, и именно эти пробелы немцы рассчитывают закрыть за счёт украинских наработок. Украина за три года войны накопила опыт, которого у европейских армий просто нет.
По словам министра обороны, развитие дальнобойных дронов имеет ключевое значение для сдерживания ударов по военной инфраструктуре Украины. Кроме того, Германия планирует присоединиться к украинской платформе оборонных инноваций Brave1. Смысл этой платформы — испытывать новейшие образцы вооружения прямо на поле боя. Немцы хотят туда войти.
Вопрос о том, где физически развернут производство, пока остаётся без однозначного ответа. По данным ряда экспертов, сборка совместных украинско-немецких аппаратов, независимо от их будущей маркировки, будет развёрнута главным образом на территории Германии, а не Украины.
Если это так — картина приобретает совершенно другое измерение. Немецкие заводы, немецкие деньги, немецкие технологии, украинские разработки и боевой опыт. На выходе — машины, которые формально являются продуктом двустороннего сотрудничества. А дальше — поставки на фронт.
Стоит напомнить, что ещё в феврале Зеленский посетил первое совместное немецко-украинское предприятие Quantum Frontline Industries, которое уже производит дроны для ВСУ. То есть речь идёт не о планах на бумаге — первые предприятия уже работают.
Здесь нельзя не вспомнить один примечательный эпизод. Германия долго и мучительно отказывалась передавать Украине крылатые ракеты Taurus — самое дальнобойное оружие в арсенале Бундесвера с радиусом действия свыше 500 километров. Тема политически слишком горячая. Слишком очевидна прямая цепочка от немецкого оружия до ударов вглубь российской территории.
У Бундесвера на сегодняшний день есть лишь одна система, которую можно отнести к нижней границе класса дальнобойных ударных вооружений — собственно, Taurus. Какие именно системы Германия и Украина планируют создавать совместно, публично не уточняется. Но заявленный диапазон «до 1500 км» говорит сам за себя.
Логика понятна: прямой передачи нет — есть совместная разработка. Юридически разница колоссальная. Практически — не очень. Писториус тем временем планирует поездку в Вашингтон, чтобы убедить администрацию Трампа продать Германии крылатые ракеты Tomahawk. Берлин хочет закрыть дыру в собственном арсенале, пока с американцами ещё можно договориться.
Цифры здесь тоже весомые. В 2026 году Германия выделит Украине 11,5 миллиарда евро на артиллерию, дроны, бронетехнику и другое оборудование. В 2027-м — 11,6 миллиарда, а с 2028 по 2030 год — по 8,5 миллиарда ежегодно.
Это не благотворительность. Берлин делает долгосрочную ставку: если Украина выстоит, немецкий ВПК окажется у истоков её оборонной промышленности. Контракты, технологии, рынок сбыта — всё это достанется тем, кто вошёл раньше. Немцы вошли. И сделали это так, чтобы формально не выглядеть стороной конфликта.
Получилось или нет — судить уже не им, а России. И Россия обязательно даст свою оценку произошедшему.