Последние события на Ближнем Востоке заставляют по-новому взглянуть на возможности современных армий. То, что начиналось как массированная ракетная атака, всего за неделю превратилось в отдельные точечные удары. Такая резкая смена интенсивности боевых действий поднимает больше вопросов, чем дает ответов, и ставит под сомнение громкие заявления, звучавшие до начала конфликта. О том, что на самом деле происходит между Ираном и США, - в нашей статье.
В самом начале обострения казалось, что мир стал свидетелем новой формы войны. Только за первый день, по разным данным, Иран выпустил порядка 350 ракет. Такой мощный старт создавал впечатление, что Тегеран готов к затяжному и изматывающему противостоянию, используя свои знаменитые ракетные арсеналы на полную мощность. Однако реальность быстро внесла свои коррективы.
Уже к восьмому дню конфликта интенсивность пусков упала более чем в 10 раз - примерно до 30 запусков. Если такая тенденция сохранится, то вскоре речь пойдет уже об единичных случаях применения ракетного оружия.
«Это делает заявления Тегерана о масштабах своих ракетных возможностей менее однозначными, чем предполагалось в начале конфликта, - отмечают авторы специализированного телеграм-канала «Военная хроника». - До войны иранская сторона активно подчеркивала способность вести длительные массированные пуски, однако фактическая динамика применения ракет показывает гораздо более сложную и менее предсказуемую картину».
Возникает закономерный вопрос: с чем это связано? Специалисты теряются в догадках. То ли сказались проблемы с логистикой и производством, то ли изначальные планы были иными. Однако сам факт такого стремительного спада заставляет усомниться в том, что Иран действительно может вести продолжительную войну на истощение с использованием высокоточного оружия.
Удары наносятся, но не так интенсивно, как в начале
Получается, что до начала конфликта возможности преувеличивались, а сейчас мы видим реальную, гораздо более сложную картину. Если количество запусков подсчитать можно, то с оценкой результатов все обстоит иначе.
Здесь мы сталкиваемся с классической для нашего времени проблемой информационной войны. Официальные данные сторон конфликта разнятся кардинально, а доверять им в полной мере нельзя. Ситуация усугубляется тем, что США и их союзники ввели жесткую цензуру.
Например, в Объединенных Арабских Эмиратах местные жители и журналисты теперь рискуют получить крупный штраф или вовсе быть высланными из страны за съемку последствий ракетных прилетов. Власти явно не хотят, чтобы правда о реальном ущербе стала достоянием общественности.
Это наводит на определенные размышления. В таких условиях информация просачивается лишь фрагментарно, через случайные кадры или независимые аналитические отчеты. Понятно одно: масштаб разрушений и потерь, который пытаются представить официальные лица, может сильно отличаться от того, что происходит на самом деле.
Кто кого и на чьей стороне сила - точно неизвестно
Одной из самых обсуждаемых тем стали сообщения о том, что иранским ракетам удалось поразить элементы американской противоракетной обороны. Речь идет, в частности, о знаменитой системе THAAD, которая считается одним из самых надежных щитов против баллистических ракет, а также о мощных радарах дальней разведки на военных базах США в регионе.
Если сведения подтвердятся, это станет серьезным ударом по репутации американского военно-промышленного комплекса. Ведь на протяжении десятилетий миру внушалась мысль, что эти системы практически неуязвимы и способны защитить от любой угрозы. А тут выясняется, что даже самая современная техника может быть уязвима.
Разумеется, официального подтверждения этому нет, и вряд ли оно последует в ближайшее время. Но сам факт активного обсуждения этой темы в экспертных кругах говорит о многом. В современной войне информационное пространство стало таким же полем боя, как и земля или воздух.
Не исключено, что у Трампа не все так ладно с Ираном, как хотелось бы
События последних дней наглядно показывают: одно дело - декларировать мощь и совсем другое - применять ее на практике. Истинная картина происходящего складывается из деталей, многие из которых еще долго будут скрыты под грифом «секретно».
Ясно лишь одно: даже самая совершенная военная машина может давать сбои, а реальная боеспособность проверяется не на парадах, а в условиях настоящего конфликта.