Мир замер в ожидании: сможет ли региональная вспышка насилия на Ближнем Востоке перерасти в глобальную катастрофу? После того как системы ПВО НАТО сбили иранские ракеты над турецкой территорией, вопрос о применении знаменитой 5-й статьи Устава Альянса (нападение на одного - нападение на всех) встал как никогда остро. Но готов ли к подобному сценарию сам Североатлантический альянс? Об этом – в нашей статье.
Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган оказался в непростой роли миротворца и защитника одновременно. С одной стороны, он осудил удары США и Израиля по Ирану, назвав их нарушением суверенитета «дружественного и братского» народа.
По его словам, Израиль своими провокациями сорвал переговорный процесс, и Анкара прилагала титанические усилия, чтобы не допустить кровопролития. С другой стороны, когда иранские ракеты и дроны стали падать уже на турецкой земле, риторика изменилась.
«Несмотря на наши искренние предупреждения, продолжают предприниматься крайне ошибочные и провокационные шаги, которые ставят под угрозу дружбу Турции», - заявил Эрдоган по итогам заседания кабинета министров.
Он подчеркнул, что Турция привела войска в состояние повышенной готовности, а истребители F-16 круглосуточно патрулируют воздушное пространство. При этом турецкий лидер призвал не поддаваться на провокации «сионистской сети массовых убийств», которая пытается стравить братские народы.
Эрдоган призвал не поддаваться на провокации
Почему же ситуация так сложна для Брюсселя и Вашингтона? Турция - страна-загадка внутри НАТО. Это второй по численности армии член Альянса, обладатель ключевого географического положения на стыке Европы, Азии и Ближнего Востока.
Через неё идут миграционные потоки, энергетические маршруты и военные транзиты. Именно здесь, на авиабазе Инджирлик, хранится американское ядерное оружие. Любой удар по этой базе автоматически подводит мир к ядерному порогу.
Однако политически Анкара давно ведёт свою игру, за что её на Западе нередко называют «изгоем». Турция блокировала вступление Швеции в НАТО, поддерживает диалог с Россией, проводит операции на севере Сирии и Ирака часто без оглядки на союзников. Из-за этого в Альянсе накопилась усталость и внутренние противоречия.
Турция - страна-загадка внутри НАТО
Формально инцидент произошел: иранская ракета упала на территорию страны-члена НАТО. Это должно запустить механизм коллективной обороны. Но политическая реальность сложнее. Бывший посол США в НАТО Курт Волкер в недавнем интервью объяснил, что для созыва Совета НАТО и применения 5-й статьи нужны два условия.
Первое - общее восприятие атаки как преднамеренного нападения, а не случайного залета (как было с российскими дронами в Польше и Румынии). Второе - официальный запрос самой Турции. И вот тут начинается самое интересное. Вступать в полномасштабную войну с Ираном из-за одного инцидента в НАТО не хотят.
Многие европейские страны, истощенные помощью Украине, выступают категорически против эскалации. Военный эксперт Алексей Анпилогов отмечает, что даже если Анкара запросит помощь, начнутся долгие консультации: кто и сколько готов отдать солдат и денег для реальных боевых действий. Одно дело - защищать Прибалтику, совсем другое - воевать в горах Ирана.
Втянуться в чужой конфликт - себе дороже...
Пока стороны обмениваются жестами доброй воли. Эрдоган провел переговоры с 16 лидерами мира, включая Иран и США, призывая к диалогу. Генсек НАТО Марк Рютте, комментируя сбитую ракету, заявил, что Альянс готов защищать «каждый дюйм» территории, но при этом признал: применение 5-й статьи в данной ситуации - вопрос маловероятный.
Истинная причина страха Запада - не Турция и не Иран по отдельности, а перспектива цепной реакции. Если начать бомбить Иран с турецкой территории, Тегеран продолжит бить по Израилю и американским базам в Персидском заливе.
В ответ полыхнёт весь регион. И тогда остановить это будет невозможно. Ценность Турции как союзника велика, но риск глобальной войны пугает лидеров НАТО гораздо сильнее, чем амбиции одного, пусть и очень важного, партнера.
Должны ли страны НАТО вступать в войну, защищая Турцию от Ирана, или каждый сам в ответе за свою политику по соседству с «горячей точкой»?