Пока вы обсуждали цены на яйца и коммунальные тарифы, мировые элиты в Швейцарии решали, сколько будет стоить ваше право на жизнь. Конспирология о «золотом миллиарде» в январе 2026 года официально стала бизнес-планом. Глобалисты больше не прячутся за словами о спасении панд — они прямым текстом заявили: всё, что вы считали общим, теперь должно иметь хозяина и цену.
В Давосе прошла, пожалуй, самая циничная сессия за последние десять лет. Тема — «Природный капитал». Если перевести с птичьего языка финансистов на человеческий: воздух, вода, почва и даже опыление пчелами — это товары. И за пользование ими придется платить.
На сцену вышла Линдси Хупер, глава Кембриджского института устойчивого развития (CISL). Это не просто эколог, это архитектор новой финансовой реальности. С ледяным спокойствием британская леди объяснила собравшимся миллиардерам, что человечество допустило «фундаментальную ошибку», считая природу бесплатной.
Ее логика проста и убийственна: если у воздуха нет цены, бизнес его не ценит. Значит, нужно повесить ценник на каждый кубометр кислорода и каждый литр воды в реке.
«Природа в экономике рассматривается так, будто она безгранична и в основном бесплатна. Риски и ущерб просто не закладываются в финансовые расчёты», — заявила Хупер.
В переводе на русский это означает: «Халява кончилась». Теперь за «услуги экосистемы» (так они называют жизнь на Земле) будет выставлен счет.
Линдси Хупер — генеральный директор Кембриджского института лидерства в области устойчивого развития. Она является ведущим экспертом, выступающим по вопросам глобальных тенденций и коммерческих последствий проблем устойчивого развития для бизнеса, и консультирует высшее руководство и политиков.
Читатель спросит: «Ну сказали и сказали, как они заставят Россию платить?». Давайте разберемся. Концепция «Природного капитала» (Natural Capital), которую продвигает Хупер и ВЭФ, превращает экосистемы в активы на балансе корпораций и государств.
Это работает как ипотека на планету. Если лес на вашем участке поглощает углерод и производит кислород — это теперь «глобальный актив». Если вы этот лес срубили, чтобы построить дом — вы уничтожили актив и должны компенсировать ущерб «мировой экономике».
В стоимость каждого товара — от буханки хлеба до барреля нефти — включат «налог на природу». Выросла пшеница? Она «потратила» ресурсы почвы и воду. Плати. Корова дала молоко? Она выделила метан. Плати. Это не защита экологии, это создание гигантского рынка долговых обязательств, где продавцом воздуха выступают транснациональные фонды.
А теперь главное. У кого больше всего этого «природного капитала»? У Европы? Нет, там всё вырубили еще в Средневековье. У США? Там всё приватизировано. Главные запасы пресной воды, лесов (легких планеты) и чернозема — у России.
Заявления Хупер — это артподготовка к отъему нашего суверенитета. Объявляя природу «глобальным активом», Запад готовит почву для претензий: «Ваша сибирская тайга слишком важна для мира, чтобы вы управляли ей сами».
Они хотят ввести механизм, при котором Россия будет обязана платить мировому сообществу за то, что «неправильно» использует свои же ресурсы. Или передать их под внешнее управление «эффективных менеджеров» из Лондона. Это колониализм 2.0, только вместо бус — «зеленые» сертификаты.
Система, которую предложила Хупер, предполагает тотальную оцифровку природы. Спутники и дроны будут считать каждое дерево. А платить за «аренду» планеты будете вы.
В конечную цену ЖКХ, продуктов и одежды заложат стоимость «восстановления природного капитала». Вода в кране подорожает не потому, что трубы прогнили, а потому что «водный ресурс» теперь котируется на бирже в Чикаго.
Как цинично отметила Хупер: «Невозможно вести бизнес на мёртвой планете». Но правда в другом: на живой планете они хотят сделать бизнес, загнав в долги каждого, кто смеет просто дышать без подписки.
Готовы ли вы платить налог на жизнь британской короне?