Представьте: вы стоите на берегу реки, которая кормила и поила целые народы на протяжении тысячелетий, — и видите перед собой не воду, а растрескавшееся дно, песчаные косы и ржавые остовы военных кораблей, пролежавших на глубине почти восемь десятилетий. Именно так сейчас выглядят берега Дуная в Сербии. Война давно закончилась, но то, что она скрывала, снова вышло на поверхность — буквально. Европу накрыло нечто, с чем континент не сталкивался в таких масштабах уже больше века. И дело уже давно вышло за рамки просто «жаркого лета».
Сербские гидрометеорологи зафиксировали: уровень Дуная упал на 159 сантиметров ниже нормы. Для понимания — это полтора метра воды, которых просто нет. Такого не случалось последние 100 лет. Из обнажившегося дна реки буквально поднялись немецкие военные корабли времён Второй мировой — те самые, что затонули здесь десятилетия назад и считались навсегда ушедшими в историю.
Президент Сербии Александр Вучич не скрывал тревоги, когда выступал перед журналистами:
«Судоходство по Дунаю может остановиться в течение двух-трёх дней. Котировки, цены улетели в небеса».
И это — не преувеличение для красного словца. Суда сейчас вынуждены брать на борт вдвое меньше груза, чем обычно. Министр внутренних дел страны спешно созвал заседание штаба по чрезвычайным ситуациям. Сербия — не маленькая провинция, это страна с нефтепереработкой, промышленностью, миллионами людей, которым нужны топливо и товары.
Пока на Балканах всплывают корабли Второй мировой, на западе Европы разворачивается своя история. Рейн — главная судоходная артерия Германии, хребет её промышленной логистики — обмелел до уровня, который последний раз фиксировали в 1880 году. Больше 140 лет назад.
У города Кауб на юго-западе Германии глубина реки опустилась до 24 сантиметров. Для сравнения: это примерно по щиколотку взрослому человеку. По такой реке баржи с полным грузом просто не пройдут.
И они не проходят. Грузовые суда сейчас берут на борт лишь около одной пятой от обычного объёма. Пятой! Это значит, что для перевозки тех же товаров нужно в пять раз больше рейсов — если найдётся достаточно судов. В Дуйсбурге, Дюссельдорфе, Кельне зафиксированы минимальные уровни воды. В Бонне встал автомобильный паром. Около Кельна пассажирское судно и вовсе село на мель прямо посреди реки.
Вот где ситуация становится по-настоящему острой. Европейская энергетика выстроена так, что без воды она начинает трещать по швам. Реки — это не просто дороги для барж. Это охладители для атомных электростанций.
Венгрия столкнулась с этим в полной мере: единственная в стране атомная электростанция была остановлена. Причина — нехватка охлаждающей воды из Дуная. Страна была вынуждена удвоить импорт электроэнергии от соседей и призвала граждан и предприятия экономить свет — особенно по ночам.
Румыния пошла на ещё более радикальные меры. Чтобы поднять уровень воды хотя бы локально и сохранить охлаждение для последнего работающего реактора, власти прибегли к подрыву скальных пород в русле Дуная. Взрывы в реке — ради того, чтобы атомная станция не встала.
По данным немецкой системы мониторинга, низкий уровень воды зафиксирован в 43% контрольных точек на Рейне. На Дунае и того хуже — в 59% мест отмечен «крайне низкий» уровень. Почти в каждой второй точке.
Германия — промышленное сердце Европы. И это сердце сейчас работает с перебоями. Химические заводы, угольные электростанции, металлургия — всё это завязано на речную логистику. Сырьё и топливо везут по воде, потому что это дёшево и удобно. Было дёшево.
Сейчас стоимость речной транспортировки выросла примерно втрое. Не на треть — в три раза. Химические предприятия не получают сырьё в нужных объёмах. Угольные электростанции испытывают перебои с поставками топлива — в момент, когда потребление электроэнергии из-за жары и без того бьёт рекорды.
Австрия потеряла около 30% выработки гидроэлектростанций на Дунае — просто потому что воды для турбин стало меньше. Швейцарская высшая техническая школа Цюриха дала свои расчёты: уровень у Кауба опустился до отметки, которую не видели со времён, когда по Рейну ходили парусники.
Эксперты, на которых ссылалась Financial Times, подсчитали: обмеление Рейна может срезать рост ВВП Германии на 0,1–0,2%. Это звучит не слишком внушительно — пока не понимаешь, что речь идёт о крупнейшей экономике Европы, и каждая десятая процента здесь — это миллиарды евро и тысячи рабочих мест.
Несколько волн экстремальной жары прокатились по Европе этим летом одна за другой. Засуха охватила огромные территории. Ледники в Альпах, которые питают реки в засушливые периоды, тают быстрее, чем успевают восполниться. Снежный покров в горах этой зимой был ниже нормы.
Всё это сложилось в идеальный шторм — только не из воды, а из её отсутствия.
Показательно, что большинство людей за пределами непосредственно пострадавших стран узнали об этом кризисе из новостей об остановке атомных станций в Венгрии и взрывах в Румынии. Эти истории попали в мировые заголовки. Но за ними — куда более широкая и менее заметная катастрофа, которая разворачивается на всём континенте.
Прогнозы синоптиков на ближайшие недели не обнадёживают. Жара и засуха продолжаются. Уровень рек, по оценкам специалистов, в ближайшее время расти не начнёт. Это значит, что ситуация с энергетикой в Европе будет только осложняться — в тот момент, когда регион и без того переживает один из самых сложных энергетических периодов за последние десятилетия.
Цены на электроэнергию в Европе уже давно стали головной болью для промышленности и рядовых потребителей. Остановка АЭС, падение выработки гидроэлектростанций, рост стоимости перевозок — всё это давит на энергосистему со всех сторон одновременно.
Европе придётся задуматься: как строить инфраструктуру в мире, где реки больше нельзя считать надёжными и неизменными. Ведь Рейн и Дунай текут здесь тысячи лет — и никому не приходило в голову, что однажды они просто... обмелеют.
А затопленные немецкие корабли на дне Дуная молча смотрят на это из-под тонкого слоя воды, оставшегося над ними. Напоминание о том, что история иногда возвращается с самой неожиданной стороны.