В мировом хоккее заварилась история, какой не припомнят даже старожилы ледовых арен. Россия после долгих лет изоляции наконец-то выиграла суд и получила право вернуться на чемпионат мира. Болельщики потирали руки, тренеры пересматривали составы, кассы арен готовились к ажиотажу. А потом один за другим западные соперники начали подавать сигналы, которые в хоккейном мире читаются однозначно. И то, что произошло за последние дни, теперь обсуждает вся Европа — от стокгольмских баров до латвийских спортивных редакций.
Россию выбросили из международного хоккея еще в феврале 2022 года. Но спорт, как выяснилось, все-таки живет по своим законам. Неделю назад Спортивный арбитражный суд в Лозанне вынес решение, от которого у многих европейских функционеров подскочило давление. Суд обязал Международную федерацию хоккея вернуть российские сборные на турниры — мужские, женские, молодежные, юниорские. Все до единой.
В Международной федерации хоккея с шайбой IIHF сначала попытались сделать хорошую мину при плохой игре. Заявили, что разочарованы. Что не согласны. Но добавили фразу, которая на самом деле решает все: «мы уважаем авторитет суда».
В переводе с дипломатического на человеческий это означает примерно следующее: деваться некуда, придется исполнять.
Дальше началось самое интересное. Первой отреагировала Финляндия — глава местной хоккейной ассоциации Хейкки Хиетанен прямым текстом заявил: его страна на лед против России не выйдет. Потом эстафету подхватила Швеция, где решение принимал лично президент федерации Андерс Ларссон. За ней — Норвегия, Дания, Латвия.
К началу этой недели счёт дошёл до пяти стран. А если считать Чехию, чей генсек Ян Черны пока держит вопрос на уровне исполкома, — то и вовсе до 6 из 16 участников турнира.
И вот тут стоит обратить внимание на одну важную деталь. Речи о полном бойкоте чемпионата нет. Вообще. Все эти сборные собираются приехать в Германию, играть друг с другом, бороться за медали. Отказываются они только от одного — выходить на лед против команды России.
Согласитесь, звучит это несколько странно. Безопасность игроков и персонала — главный аргумент. Но при этом сама поездка на турнир, где присутствует российская команда, их безопасности, видимо, не угрожает. Угрожает только непосредственная встреча на льду.
Латвийская федерация написала про «риски физическому и психологическому благополучию». Глава Датского хоккейного союза Хенрик Бах Нильсен пошёл еще дальше и заявил, что последствия игры с Россией будут «катастрофическими». Не уточнив, правда, какие именно катастрофы ждут хоккеистов, вежливо поздоровавшихся с соперником перед вбрасыванием.
Пока функционеры произносят громкие слова, спонсоры делают то, что умеют лучше всех, — считают деньги.
Шведская компания AJ Products, которая 37 лет кормила своими контрактами мировые чемпионаты, объявила о разрыве. 37 лет сотрудничества — и все это летит в мусорную корзину из-за одного решения суда. Финская Nokian Tyres пригрозила тем же самым, если россияне появятся на турнире.
За этим очень интересно наблюдать именно как за бизнес-процессом. Потому что спонсор, который уходит с турнира из-за одной команды, — это не про политику. Это про страховку собственной репутации на рынках, где слово «Россия» вызывает нервную дрожь у отдела маркетинга.
Отдельная глава этой саги — немецкая. Германия должна принимать чемпионат мира. Матчи расписаны по трем городам. Билеты, отели, логистика — все уже сверстано на годы вперед.
И тут выясняется, что немецкий хоккейный союз рассматривает вариант вообще отказаться от турнира. Его глава Франк Лутц прямо говорит о гигантских расходах на безопасность и о том, что едет в Берлин выяснять, как далеко готово зайти федеральное правительство. Вопрос о визах для российских игроков, судя по всему, вообще не имеет внятного ответа.
Реплика из Москвы последовала незамедлительно и в фирменном стиле. Раз Германия сомневается — пусть не мучается, есть другие страны.
«Стран-то много», — заметил по этому поводу пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков.
На фоне всего этого информационного шторма министр спорта России Михаил Дегтярев сделал заявление, которое, пожалуй, стоит запомнить лучше всех остальных.
Он напомнил, что по регламенту отказ от матча — это техническое поражение со счетом ноль-пять. И добил фразой, которую теперь цитируют в каждом спортивном паблике:
«Должны побеждать на льду, а не в заголовках новостей».
Коротко. И по сути.
Вячеслав Фетисов, человек, выигравший в хоккее все, что можно выиграть, эмоций не сдерживал вовсе. Назвал заявления федераций политизированными и признался, что не думал дожить до таких моментов. Когда тебя сначала обнадеживают, а потом отказывают «еще в более извращенной форме».
И вот тут самое любопытное: картинка складывается далеко не однозначная. Пока скандинавы открещиваются, нашлись и те, кто встретил возвращение России аплодисментами.
Громче всех в поддержку выступила Словакия. Её министр туризма и спорта Рудольф Гуляк приветствовал решение суда и напомнил то, о чем в Европе последние годы принято стыдливо молчать: спорт не должен бежать в одной упряжке с политикой. К нему присоединился и премьер-министр страны Роберт Фицо, задавший неудобный для западных федераций вопрос: чего стоят золотые медали, если на пути к ним не пришлось обыграть россиян — команду, которая по праву считается одной из сильнейших в мире.
Единственным, кто встретил вердикт суда с полным одобрением на официальном уровне, осталась Беларусь. Ее федерация хоккея назвала решение справедливым и теперь терпеливо ждет, когда очередь дойдёт и до ее собственных сборных.
А между двумя лагерями замерли те, кто решил не выбирать сторону. Казахстан, США, Швейцария, Франция и Словения предпочли пока отмалчиваться. Возможно, именно от их позиции в конечном счёте и будет зависеть, каким окажется следующий хоккейный сезон.
И вот теперь — главное. Что будет дальше?
Отвечать на этот вопрос сегодня не берётся никто. IIHF молчит и совещается. Организаторы в Германии считают расходы. Спонсоры переписывают контракты. А болельщики — и наши, и западные — гадают, состоятся ли вообще матчи с участием российской команды.
Возможно, мы стоим на пороге ситуации, когда турнир превратится в фарс с техническими победами. Возможно, всё рассыплется ещё до стартового вбрасывания. А возможно, возобладает здравый смысл, о котором так любят говорить спортивные чиновники, — но только тогда, когда им самим это выгодно.
Пока хоккей усиленно делает вид, что он вне политики. Политика же, судя по всему, хоккей своим вниманием не обделяет.
Матчи первенства должны начаться в середине мая следующего года. Времени на то, чтобы распутать этот клубок, остаётся всё меньше. И чем дальше, тем очевиднее: лёд в Германии будет горячим задолго до того, как на него выйдут хоккеисты.