Когда нет ответа по существу, обычно говорят: «Не лезь не в своё дело». Именно так когда-то отреагировал президент СССР Михаил Горбачёв на слова режиссера и актёра Никиты Михалкова о том, что развал страны пора признать государственным преступлением. Почему вместо дискуссии нам уже три десятилетия предлагают закрыть тему? Об этом - в данной статье.
В жизни каждого из нас был такой момент. Сосед замечает, что у вас течёт труба в подъезде, а вы советуете ему не лезть в чужую квартиру. Доктор делает замечание по здоровью, а вы возражаете: «Ты же не психолог». Это универсальный способ закрыть разговор, не отвечая на неудобные аргументы.
Срабатывает безотказно, особенно когда оппонент прав, а вам нечем крыть. Просто перенесите спор с сути на личность человека. Неважно, что именно он сказал. Важно, кто он.
Именно этот приём продемонстрировал первый президент СССР. Никита Михалков, известный кинорежиссёр, заявил: Михаил Горбачёв и Борис Ельцин довели страну до развала, и это нужно признать преступлением на государственном уровне. Ответ Горбачёва был краток и изящен: «Пусть занимается кино и не лезет в политику». Красивая фраза. Но по делу - ни одного слова.
Посмотрите, к чему ведёт эта логика. Режиссёр не может говорить о политике. Актриса - об истории. Учитель - об экономике. Врач - об образовании.
В итоге получается, что обсуждать распад великой страны имеют право только те, кто этот распад и устроил. Удобная система фильтрации. Допускаем к микрофону нужных людей с нужной версией. Остальным вежливо указываем на дверь: у вас другая специализация.
Михалков выразился без дипломатии. Напомнил, как один из бывших лидеров с улыбкой сломал Берлинскую стену. Как другой в Беловежской пуще «доломал» всё остальное. По мнению режиссёра, там можно было решить судьбу Крыма, Прибалтики и Приднестровья. Не решили. Страна перестала существовать.
Он называет это преступлением и требует официальной оценки. Не потому, что прошлое можно изменить. А потому, что без честного взгляда назад страна не может двигаться вперёд. Она будет ходить по кругу и каждый раз удивляться: почему снова больно?
Отдадим должное Михаилу Сергеевичу: ответил элегантно, с достоинством и полным игнорированием всех доводов. Он ценит талант Михалкова, но режиссёр не должен влезать в политику. Это как в суде заявить:
«Ваша честь, я уважаю этого человека, его фильмы - шедевры, но к делу это не относится».
К делу и, правда, не относится. Зато уводит спор от содержания к личности. Классика. Обратите внимание: Горбачёв ни разу не сказал «это ложь». Он не стал объяснять, почему распад СССР был неизбежен. Не предложил альтернативной версии событий. Просто дал понять: Михалков вышел за рамки своей компетенции. Это само по себе говорит громче любого опровержения.
Остаётся главный вопрос: кому вообще разрешено оценивать события 1991 года? Историки? Они пишут тома, которые никто не читает, и до сих пор спорят между собой так, что искры летят. Политики? Те самые, кто унаследовал систему. Им выгодно, чтобы вопрос оставался открытым. Закрытый вопрос означает ответственность. А она никому не нужна. Народ? В комментариях и на ток-шоу голосуют эмоциями, а не фактами.
Получается странная картина. 30 лет прошло, а страна так и не договорилась о самом главном. Предательство или историческая неизбежность? Преступление или цепочка ошибок? Пока ответа нет, разговор уходит в подполье. В кухонные споры. В интернет-комментарии. В интервью народных артистов на закрытых концертах.
Михалков в этом споре не одинок. Актриса Наталья Варлей, режиссёр и актер Юрий Назаров, к примеру, говорят то же самое. Это не скоординированная кампания. Это люди одного поколения, которые прожили в той стране сознательную жизнь. Их мнение - неудобное, не защищённое учёными степенями, но своё, выстраданное. Им всем Горбачёв отвечал: «Занимайтесь своим делом».
Удобная позиция, особенно для тех, чьё дело и есть то самое событие, о котором идёт спор. Пока нет честного разговора о фундаменте, все разговоры о скрепах, патриотизме и духовных ценностях похожи на строительство дома без фундамента. Красивый фасад, торжественная ленточка. Но что внизу - лучше не проверять.
Спустя три десятилетия настало время дать правовую оценку событиям 1991 года, или это действительно «не наше дело» и нечего ворошить прошлое?